1962


1962 год.

 

 

25.2.62г.   Вчера вернулся из Горького (Нижн. Новгорода). Туда летел самолетом, ничего не видел за облаками. Оттуда ехал поездом и тоже ничего не удалось, ехал ночью. Туда — молчание, пять пассажиров и все по уголкам. Оттуда в купированном, а в купированных и в мягких чаще всего солидно молчат.. Итак, дороги не было.

Только заметил, что Подмосковье в глубоком снегу. И одну деталь пейзажа осознал классово: дачки рабочих, как будочки, крохотны на крохотных лоскутках-участках, что-то вроде шахматной доски с пешками. А дачки начальства, как короли. Для них и закон шахматный нарушен: клетки им все под самой Москвой отведены, одна клетка с целую шахматную доску. Хитро они, эти короли, играют в революции. Терем за оградой, а рядом теремок маленький, точь в точь такой же, как для челяди. И все в боярском виде. На виду. И место-то избрана лучшее: сосны, озера. А рабочему при его диктатуре все это ни к чему. Он ведь не ради этого свергал царей. И что любопытно: разного рода уголовные элементы (торгаши, спекулянты, казнокрады) тут же умудрились, по соседству с начальством, обжиться так, чтоб лицом в грязь не ударить. "Ещё посмотрим, кто из нас больше вкуса и возможностей имеет." И не отличишь тут, где с "трудов праведных" палаты каменные, а где на пивной или другой какой пене. А ведь не хотели господа начальники, чтобы это заметно простым глазом было. А получилось так, что и слепому видно.

ххх

Нижний Новгород очень понравился. Главное, что он не пострадал в войну и сохранил свой старинный облик в основе своей. Чувствуешь себя как в настоящем русском городе. И особенно понравились люди, Говор очень красивый, мягкий, оканье чуть заметное, очень приятное. И в обхождении мягкость. Волга и Ока — это же красотища! Особенно, когда с горы смотришь на их слияние.

Настоящий рабочий люд. Как я люблю таких потомственных рабочих, В них что-то близкое моему сердцу от деда и отца. А новый Ногород тянется без конца, на восемьдесят километров. И все заводы, заводы, рабочие поселки.

Хороши театры, особенно драматический. Спектакль "Орфей спускается в ад" посмотрел с удовольствием. И лишь от областного начальства осталось унылое впечатление. Пригласили писателей в обком лишь затем, чтобы зав.отделом зачитал им расписание,где выступать, вроде как в диспетчерской. А секретарь по пропаганде умудрился не сказать ни одной своей мысли в выступлении о жизни области, ни о своих писателях, ни о литературе.

ххх

Да, любовь, действительно, ограничивает. Оно, конечно, легче, пари себе над временами, над странами, ничем святым не связан, знай множество красивых женщин, ни одну не любя так, что без нее не жить. Знать все со стороны и входить чужим во все под видом своего. Но.. лучше уж я буду ограниченным… Но не таким вездесущим и всезнающим.

ххх

Даже и тогда, когда, казалось бы, все тайны природы будут постигнуты, природа будет оставаться такой же, полной чудес и первозданной.

ххх

Как сегодня мне показалось дико (не то, не могу передать, тоскливо, нудно, не знаю), когда рассказывал главный редактор, что два автора дрались, домогались сразу договоров, чтобы писать о Вольтере что-ли. И неужели они так жаждут зарыться в прошлое, уйти от времени, от своего дня и своей сегодняшней боли, боли своего народа. А может он им и не свой и время не свое?

ххх

Пруды стоячие лягушачьих расцветок,

Листва ракитовая беловата,

От почки, что раскрылась, словно око,

До бронированных сосновых веток

До дна вода цветением пронизана.

ххх

Заборы русские с афишами нерусскими...

ххх

Вся против безразличья протестуя,

Все наготой смущенья озарив,

Люблю твою доверчивость простую,

Замедленный пугливой страсти взрыв...

ххх

Вчера была радость: первый вечер русского поэта Василия Федорова прошел в театре эстрада с большим успехом.

ххх

А молодых-то на селе почти не видно.

А мне весной тревожно и обидно,

Что тянет не к земле их, от земли...

Но как же им преодолеть земное притяженье,

Когда уже давно у них его в помине нет.

ххх

Прилетели в Ташкент. Едем в Голодную степь. Весна вовсю. Дымно-зеленое зарево цветущих персиков. Пашут огородные трактора. Янги-Ер — обновленная земля. Совхоз пять тысяч гектаров земли. Колхоз "Политотдел" удивляет и радует, но сколько за всем этим стоит печальной памяти прошлого и загадок современности.

ххх

14-18 апреля Съезд комсомола. Хрущев. Самое интересное выступление Кузьмы Северинова, бросил написанное и сказал свое.

ххх

И до чего же мы умны, когда судим о вчерашнем дне, и наивны, когда о сегодняшнем. И как по вчерашнему думаем снова, когда речь идет о сегодняшнем.

ххх

Как трудно, там, где трудно, твердят о народе, а как делить завоеванное, тут втихую делается: и откуда берутся "достойные", только от удивления рот разинешь да руками разведешь, а уже все плоды и блага распределены. И это вопрос вопросов всех времен, причина всех революций и восстаний — вопрос: кому производить, а кому потреблять.

ххх

Живём, да хлеб жуём, а тот, кто пашет да сеет, в город за ним едет.

ххх

Прочел Ахмадулину: тут, брат, все на эффект. И эти чисто евтушенковские штучки и рифмочки с игранием глазками. Но есть в ней и что-то другое, горечь какая-то под простотой и не она ли неясно будоражит и бередит скрываемое от самой себя. Все, что современно, у нее получается смачно, но книжная изощренность…

ххх

Вчера вернулись из Ростова-на-Дону. Город очень зеленый, уютный. Ощущение такое, что на русской земле побывали", — сказал С. Смирнов. Но неприятно, когда бездарные некоторые литераторы с придворным угодническим нюхом опошляют это доброе чувство. А какое у них, этих чиновных «литераторов», понимание, кому угодить, кого выделить, кому воздать. Противно. Понравился Закруткин, очень – Федосеев.

ххх

Талантливой молодой поэзии в Ростове нет хода.

ххх

А дикарей еще много в дебрях атомного века.

ххх

Всё для оболванивания, всё, чтобы убаюкать строптивое сердце. Пока от всего этого откарастаешься, так и саму суть сознавать некогда.

ххх

Земля разделась донага перед тем, как лечь в чистую постель снегов.

ххх

И на обочинах дорог, и на оврагах дырявые, съежженные покрышки грузовиков, как стоптанные лапти в старину.

ххх

Сени-сони,

Сани-сини,

И на сене –

Сон осенний,

О России,

О Росеи,

О рассеянном весельи,

Где синица

На осине

И стволы у сосен сивы.

ххх

А ты такая деловитая, как будто кроме забот ничего, и оттого с тобой мне одиноко.

ххх

Из речи председателя райпрофсожа Н.Быкова: "Работник я макулатурный. Я приведу всех учителей в убожеский вид".

ххх

Путают сукины сыны, считают меня традиционалистом. Но ведь все наоборот, традиционно в прекрасной русской литературе низвергать устои, а я считаю, что устои необходимы, вопрос — какие? Но без святая святых, что вечно заветно и ново — мать, земля родная, семья, чистота преданности, сострадание... А так называемые новаторы все это низвергают, как никто, доводя эти начала до своей противоположности. И сейчас уже ново на их фоне защищать их, стоять на той незыблемости, без которой, как без земли и неба, нельзя.

ххх

Не дают мне покоя эти задуманные живописные, красочные, необычные по чистоту цвета и свежести его стихи. Все не нахожу внутреннего озарения для них. А без этого не получится того, что вдруг заставляет забыть читателя о стихах и словно оттого в сердцах захватиться увиденным, картиной, не просто картиной, а мыслью обжигающих душу красок.

ххх

Поэзия не может не видеть, что творится вокруг. Иначе она не поэзия.

ххх

Миша говорит, что представляет картины: Сейм ночью под Кудинцевом мель, солнышко... Радостно... Утро. Видно, пробуждается в нем художественное чувство.

ххх

Есть правда-

Современна и умна.

Как дважды два.

И в будущем необходима людям.

Есть ложь-

И старомодна и темна,

В которой

Глупо и бесцельно блудим.

Но первую

Колом все забивают.

А ложь,

Разоблаченную давно,

Ни вытравить,

Ни выжечь не дано.

ххх

Для того, чтобы отравить доброе чувство к коллективу, не нужен плохой коллектив. Достаточно одного или несколько оборотистых казенных подлецов в нем, которые умеют свою подлость выдавать за коллективное мнение и расправляться с честностью именем коллектива.

ххх

Не правда же, что бурное развитие науки и техники делает людей черствыми, слишком деловыми, даже холодными и расчетливыми, лишенные духовности, привязанностей, нежности, пожертвования. Ведь как раз те, кто создает все это, чаще всего во всем люди с их горестями и радостями, падениями и взлетами (ученые, рабочие), но не они на виду, а те чиновные авторитеты, что примазываются ко всему этому, чтобы сделать карьеру, "организовать" эти успехи — вот и создается такое мнение.

ххх

Молодое поколение интеллигенции (гуманитарной в большей степени) сваливает на голову предыдущего военного поколения то, что было не его душой, а то, что было бедой его души, что уродовало эту душу, независимо от нее самой. Ведь легко сказать: делалось это все под самым святым – революция — лозунгом. И только тот, для кого эти лозунги ничего не значили и не стоили, так легко может осуждать тех, кто не мыслил себя без выполнения их любыми средствами. Историческая правда постигается ценою целых поколений. И даже в заблуждениях тут кроется великая мудрость.

ххх

А по-моему, это липа насчет поэтических поколений, чуть ли не через пять лет новые, которые чуть ли не противопоставляются старшему. Неужто мы разграничиваем так, когда читаем поэтов прошлого. Мы видим их поэтами одного века, лишь бы они были настоящие своеобразные поэты.

ххх

Где в каждой клеточке трепещется любовь.

 

ххх

Россия на себе везла всегда

Все беды и победы.

Открыто покорная,

И скрыто ненавидящая,

Таящая в себе бунт.

ххх

Деревенщиной все русское обзывают, а стоило бы подумать и о местечковых нравах.

ххх

Не те и не тех беды и крупные обиды воспеваются, а народ их принимает за те, поскольку о тех не пишут, и он видит в этих то, что ему хочется видеть, чувствует, что не может не чувствовать.

ххх

Эти начинают не с азов.

Вниз идут,

Чтоб выйти из низов.

ххх

Давно идет мышиная возня, давно идет бумажная резня и только ли в одной литературе.

ххх

И таких в бараний рог скрутили,

Превратили в лагерную пыль...

 

ххх

Бывает же и у самых устойчивых, самых казенных шаблонов моралью износ, и только уже самые глухие головотяпы не чувствуют этого, когда уже их мораль становится аморальной.

ххх

Весенне-солнечная зелень

Под знойным ветром молодым.

Лучи раскосые глядели

Сквозь ветви, словно бы сквозь дым.

 

И ты была в одном загаре,

Джорджоне был бы поражен,

И даже Рубенс цвет твой карий

Взял для своих земных бы жен.

ххх

Поэты, как и дети, бывают мертворожденными.

ххх

Как хочется знать мне,

Что еще станется.

Осень подходит,

Окна слезя.

Как быстро новые истины старятся,

А старыми жить нельзя.

ххх

В одном живут двое для: убеждения на словах других — марксист, и для себя самого на деле — кулак-единоличник. И оба уживаются.

ххх

Долго еще перед образом Христа молились языческому богу. Частично и сейчас еще видят оного в нем. Так и теперь с культом. Посбрасывали с пьедестала одного, поставили другого, более человечного. Но те, что понаставили его, видят в его облике того, первого. Я уверен: они без идола не могут. А почему же, когда же, не понося по-хулигански, а с уважением относясь к своим прошлым святыням, не будут поклоняться никаким идолам и искать у них, как поступать, а будут сами думать.

ххх

В прошлый вторник я, Алексеев, Кружков и Бальтерманц ездили на машине последнего на Бородинское поле. Какое-то все не такое, вернее, не совсем такое, как представлялось ранее. Можайск маленький, село Бородино крохотное. И кругом все поросло лесом, так что поле не такое, как было. Идиотская надпись на стене Шевардинского монастыря, которую, как позор, ни смыть, ни стереть: "Довольно беречь наследие проклятого прошлого".

ххх

Когда отсутствует поэтическая мысль и в прозе, она кажется плоской, пошлой, хоть вот какая правильная.

ххх

Да, может и вправду мы устарели, и может убито в нас все лучшее? Все было, и культ, и многое прочее, но все же мое поколение рабочее Магнитки строило, коллективизацию вынесло и родину спасло. И пусть лучше я стану ископаемым, но буду таким, как оно, мое поколение. Обидно и горько, что нас причисляют к отжитому, а мы еще не жили, нам еще только бы жить.

ххх

Не дай бог да с таким уровнем сознания придти к материальным излишествам — в каких же скотов превратятся люди. Это видно по тем, кто сегодня уже создал их себе единолично, за счет нужды народа.

ххх

Мы преувеличиваем роль воздействия литературы. Сволочи читают о сволочах, а сами тут же творят сволочные свои делишки.

ххх

Запомнить конгресс мира, одежды, лица очень неповторимые, определенные до странности и до странности похожие, общие речи.

ххх

Когда взбунтуется народ, он до щепетильности требователен в правде, распаляется от малейшей лжи, требует абсолютной справедливости (так ему осточертел и насолил обман). Но очень он простосердечен и доверчив. И его снова подло и нагло обводят вокруг пальца. И жестоко и безжалостно топят в крови утихомиренную посулами его свирепость. Властвует хитрость, а не разум. Змеиный ум господствует.

ххх

Как я люблю тебя,

Земля моя зеленая,

Дождями летними

Досыта напоенная.

И пасмурными тихими утрами

Обвеянная легкими ветрами.

Твои и сосны, и пески, и кручи,

И солнце чувствуемое сквозь тучи.

ххх

Любить один раз — это банально, любить всю жизнь — это ложь, верить близкому — это глупо, любить родину — тоже скучно — вот что я слышу вокруг себя!..

ххх

Как только перестали проходить дожди, так и пошли на огуречных грядках желтобокие горькие уродцы-крючки и дули. Вот что значит – условия!

ххх

Вот чем опасны законы развития, открытые провидцами, что ограниченные люди будут ими удерживать и сковывать развитие и все живое душить, все повернут под видом стимула вспять.

ххх

В лугах пожар.

Тоскливы краски вечера.

Осенние особенно тоскливы.

А деревца,

Когда терять им нечего,

И до чего ж бывают сиротливы.

ххх

В печенках сидит эта реорганизация управления, разрастается количество чиновников, как гидра.

ххх

Рассказывали в райкоме об одном директоре топливного склада, который замордовал школу без топлива под разными предлогами за то, что к нему пришел не сам директор, а завуч. А что же райком?

ххх

10 окт. вернулся из Хабаровского края. Ветры, ветры, мокрые, словно подплывшая земля даже на сопках, безмолвье в непроглядной ночи на Амуре, рыбачий азарт при виде речек, волны, душевность людей, полная современность построек, техники и одежд всюду в тайге и на берегах — и молодежь, почти одна молодежь в новых городах и поселках. Огромность рек.

ххх

0х, уж это «указали»! Сгноил 750 свиных туш, а ему — «указали» Довел человека до самоубийства, а ему поставили на вид. Разложил все, укрывал преступления, а его предупредили. Да что же это за маразм такой!

ххх

Но зато, если человек принципиально непримирим в борьбе с подобного рода сволочами, тут уж пощады не жди. Сотрут в порошок. Дадут волчий билет и на краю света места не будет.

ххх

В Комсомольске идут на работу, как в Москве на гулянье всей улицей.

ххх

Искусство неподвластно подлости, оно ей не дается. Оно мстит бездарности, даже таланту, если он хочет использовать его в личных подлых целях, если им руководит грязная страстишка.

ххх

Высоковольтные в тайге. Порт Ванино. Сортировка. До этого синь моря. Равнина заливов и впадение речек сине-пенное, крутизна поворотов дороги — весь изгиб поезда сзади, мосты без ферм.

ххх

Вот и солнце. Утреннее, серебристое, теплое через стекло. Слева, внизу, прямо под вагонами, река, справа, прямо в окна, осыпь каменистой сопки. И мазанки, и бревенчатые, кто откуда, тот такую свою и построил хату или избу.

ххх

Там, где на дне лежит фрегат "Паллада", на круче той, в березах золотых железный крест стоит.

ххх

Как часто в мировой злободневности самым главным становится не то, что на самом деле такое, а то, что главное для тех, кто кричит об этом — антисемитизм. Ведь в мировой прессе больше всего таких крикунов.

ххх

Думал сегодня, проснувшись: да, у нас открытых внутренних врагов нет теперь. Не те времена. Мысли, которые были бы несогласны с мыслями, направляющими жизнь, никто открыто не высказывает. Но зато много развелось людей, которые мгновенно, на глазах у всех, без зазрения совести, меняют вчерашний свой взгляд на сегодняшний. Из кожи лезут вон, чтобы заметили их преданность. Ох, ненадежная это преданность. Нет под ней настоящего убеждения. Многие из таки легко перекрашивающихся враги, если не хуже.

ххх

Оказывается, не только в Минске, но и в Гомеле, и здесь во Льгове почти все, кого партия послала в деревню на организационное укрепление колхозов, оставляют за собой до сих пор квартиры в городе, семьи их в городе, а сами они ездят не только на выходной домой, но и на ночь, но и на обед катают за много километров.

Колхозники в Бегомльском районе жаловались, что их новый председатель в колхозе гость. Людей в колхозе дичится, избегает разговоров с ними. С этим злом совсем не борются.

ххх

Николай Хрисанфович Мартынченко — человек солидный, член бюро райкома во Льгове. Он любит "воодушевлять", "обличать" нерадивых. О себе судит как патриот. Но когда прослышал, что его посылают в колхоз, сразу "заболел". Прежде и рюмочку принимал с полезным себе человеком, а тут возьмет пару бутылок боржоми в аптеке так, чтобы видели в райкоме.

ххх

Удивительной красоты Сейм под Кореневым и: ниже, к Глушково. Прямо-таки сказка. Широкий, глубокий, тихий-тихий, словно бы и не течет. А меловые горы, поросшие лесом, а огромные камни у воды и нависающие над глубиной ивы...

ххх

Восход луны, как зарево, за черным садом.

ххх

Запомнить похороны Н.Н.Болдырева, по-моему, хорошего, честного человека, труженика, постоянного во всех своих делах и помыслах знатного машиниста. Пыльный сухой закат, пыль над головами. Зевающая сытая дама. душераздирающий крик жены. Казенные слова речей, музыка "Вы жертвою пали..." у могилы братской перед уходом с кладбища (новый обычай).

 

ххх

Далекий разливистый гудок парохода в вечерних лугах. И сам белый в розовом закате на фоне леса, словно бы по лучам плывет.

ххх

"Хто парася украв, — тому в ушах пишчить."

ххх

Теплая темень мартовской ночи. На белом поле черные дороги. Пасхальный гомон дорог.

ххх

Что может быть свежее первой зелени, проступающей сквозь пыль и копоть городского воздуха.

ххх

Я так мало в детстве был любим, что хотелось умереть, чтобы по мне поплакали.

ххх

Всю жизнь я ищу простоту такую, которойи темный поверит, и только ценю чистоту, которая так старомодна теперь.

ххх

И скорости космического века

Пронзительно проносятся по нервам.

ххх

И желтые тыкв грамофоны с парчевым узлом в глубине.

ххх

За это время побыли в Деревеньках. Думал — порыбачу. Невезуч: подул северо-восточный жесткий ветер и не клевало совсем.

Запомнился рассказ объездчика: у него пятьсот трудодней, а получил он по пятьсот граммов на трудодень и то дали за полгода. Если еще ничего не дадут, то и спрашивать не с кого. Люди уже привыкли и ничего от колхоза не ждут. Одна надежда на приусадебные участки. Корову трудно держать — все выгоны запаханы.

ххх

Попривыкнешь и уже любимая, как нелюбимая вроде, и красивая не так красива, и все необычное становится обычным. Страшная вещь – привычка: она убивает все остро трепетное, свежесть драгоценную.

ххх

Девятый километр за Новобелицей в Гомеле: в тридцать седьмом наших расстреливали органы наши, а в сорок первом и сорок втором — немцы наших же.

ххх

Да, повесть этого неизвестного до сих пор А.Солженицына — это настоящая правда, правда без прицела. Это настоящая, какой и должна быть литература, безыскусная и нелегкая, как сама жизнь.

ххх

Хитрое это требование — подавай людей интеллекта. Ну, а у доярки, скажем, а то просто у забитой женщины-колхозницы, какой там интеллект, значит, и писать о ней не надо и не интересно.

 

ххх

Люди, будьте бдительны и осторожны, не дайте себя усыпить: ходят меж нас те, что предавали и истязали совесть в своих корыстных целях, ходят палачи и убийцы. Они изнывают без дела. И ждут-не дождутся когда снова будут перемены в их пользу. И ненавидят новые веяния, брюзжат или скрытно. Если они это делали якобы во имя идеи, советской власти, искренне веря, что так необходимо, то отчего же они сегодня недовольны и брюзжат на нее. Да и может ли быть, чтобы заведомо зная о невиновности, все-таки с удовольствием мучили и убивали, во имя какой бы это идеи ни было, тем более во имя идеи нашей?..

ххх

Темна деревня.

Крыш горбы

Во тьме, как в яме утонули.

Высоковольтные столбы

Ее как бы перешагнули.

Они в бетонных башмаках,

Где так приземисты деревья,

Шуршащий держат ток в руках,

Но не дают его деревне.

ххх

Молчит Россия, ей-то слова не дают сказать витии.

ххх

7дек. Вчера похоронили Василия Кулемина и стало ощутимее одиночество среди нас. Как мало нас. И как не бережем друг друга. Как неожиданно это бывает и как непоправимо. Да он, видимо, чувствовал и последние стихи его это само откровение, прозрение души.

ххх

Дворец культуры, как сарай,

Сараи, как дворцы культуры.

И никакой архитектуры.

Лишь только церковь на бугре

Одна вид божеский имеет,

И развалюхи, вспомнить грех,

Где всяк живет, кто как умеет.

ххх

Вернулся из Ленинграда. Снова побыл в квартире Пушкина на Мойке. В Александро-НевскоЙ лавре, на Ново-Девичьем, где похоронен Некрасов. Что бросается в глаза: все деятели культуры прошлого — русские. Теперь их почти нет. Интересно в пантеоне — на плитах над вельможами так обстоятельно все доблести и заслуги расписаны. Госпожа Бирон: вся плита исписана. А у Суворова три слова: "Здесь лежит Суворов". Некрасов тоже очень одинок на древнем закрытом кладбище.

ххх

Петр I,конечно, иначе и не мог сдвинуть Россию с мертвой точки: ему были необходимы иностранцы. Он им не давал первых ролей в управлении. Это очень важно. Учил своих олухов. Но не подумал о том, что будет после него, когда при дворе столько немчуры. И Россия поплатилась за эту ошибку Петра.

ххх

Удивительно, в моем поколении были похожи бездарные один на другого, а в этом — талантливые все похожи прямо до того, что диву даешься.

 

ххх

Глагольная рифма сейчас стала главенствовать, и, видать, не случайно: действие, действие, дело, деловитость — черта времени.

ххх

Я был как вы.

То не ошибка.

Я не расцвел при нём ничем.

Я и сейчас расцвел

Не шибко.

Я перед вами весь,

Как есть.

По мне судить ——

А надо бы по мне.

За знаменитых мстят.

А безымянными клянутся только.

Их в ссылках,

На каналах,

На войне,

И просто так

Погибло столько...

ххх

Бороться надо не запретом. С искусством — искусством, с убеждением — убеждением. Не критика свыше страшна, а крайности, на которые потом идут в низах, да и в верхах. И доводят все разумное до своей противоположности.

ххх

Вместо того, чтобы ругать тех, кто плохо пишет о березах, ругают самих берез, причем, злобно стремясь их опоганить. Значит, дело, видимо, не в бездарях, что о них пишут, а в самих березах, которые являются в сознании народа символом всего русского.

ххх

Будет ли время, когда талантливые русские люди смогут пробиться становиться известными, не изменяя своему русскому, не этой страшной ценой становясь в центре внимания и не угождая, не за счет близости к высокому столу.

Авторизация

×